У вас один общий друг - Картер Бэйс
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Доев, Феликс повернул к метро, однако не смог найти в себе сил, чтобы вернуться в «Робинсон Гарденс». Было ясно – вот-вот хлынет. Неподалеку находилась старая церковь, часовня какого-то святого. Он отправился туда.
Трудно представить, что в Нью-Йорке есть подобные места – просторные и пустые. Феликс сел в заднем ряду, вдохнул запах холодного камня. В лучах света, льющихся сквозь витражные стекла, плясали частички пыли.
– Ты где?
Это Роза. Феликс забыл выключить телефон. Он хотел проигнорировать сообщение, но медбрату так поступать нельзя.
– Пока в центре. Все в порядке?
Если бы в часовне молился еще кто-то, ему бы не понравилось, что Феликс пишет эсэмэски. Однако здесь больше никого не было.
– Да, все нормально. Ты еще в министерстве?
– Да, – напечатал Феликс, потом вспомнил, где находится, поспешно стер ложь и написал: – Нет. – Он нажал «отправить», а потом добавил: – Я в церкви.
Феликс представил, как Роза читает: «Я в церкви», смеется и придумывает какой-нибудь глупый ответ.
– Плохие новости? – спросила она.
– Не могу сейчас говорить.
– Почему?
– Я же сказал, я в церкви.
– Так выйди оттуда.
– Выйду, когда закончу.
– А что ты там делаешь?
«Вот привязалась», – подумал Феликс и тут же мысленно извинился.
– Молюсь.
– Правда???
– Да. Правда.
А что, люди разве больше не молятся? Для чего тогда церкви?
Но Роза не унималась.
– О чем молишься?
– Нам действительно необходимо обсуждать это сейчас? – Феликс никогда ни на кого не огрызался, если не был уверен, что на него не рассердятся. – Я молюсь, чтобы компьютер в Министерстве по делам ветеранов передумал и одобрил заявление моего отца на проживание в «Робинсон Гарденс», чтобы не нужно было перевозить его ко мне на четвертый этаж, ведь это, скорее всего, убьет нас обоих.
– Компьютер не может передумать.
– Знаю.
– Если кто и способен это сделать, то Господь. Видимо, тебе нужно переубедить Господа, чтобы Он заставил компьютер передумать. Мне кажется, Господь крайне редко меняет свои решения.
Феликс тоже так думал.
– Согласен. Но стоит попытаться.
Он положил телефон, склонил голову и помолился. В прохладном воздухе порхали частички пыли, словно никем не замеченные ангелы.
![](images/i_044.jpg)
После работы Феликсу не хотелось идти домой. Он поужинал с Дуэйном в его комнате, потом они вместе посмотрели телевизор. Диван в гостиной раскладывался в грубое подобие кровати, и Феликс провел на нем ночь. Он часто так делал. Отец вроде бы не возражал.
Перед сном Феликс напоследок проверил страничку Элис в фейсбуке, просто так, на всякий случай, но ничего нового не обнаружил. Ночью ему приснился сон, из которого он запомнил лишь то, что находился где-то на юге, возможно, на Гавайях. Проснувшись под шум прибоя, оказавшийся отцовским храпом, он как никогда остро ощутил, насколько несправедлива к нему жизнь.
Феликс открыл ноутбук и зашел на фейсбук: на страничке Элис никаких изменений. Он пролистал на три года назад.
«ВАЖНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ ОБО МНЕ, – писала Элис. – Многие из вас в курсе, что последние пару месяцев мне было нелегко. Знаю, вы за меня волновались. Я и сама за себя волновалась! Но теперь я прохожу терапию, чувствую себя гораздо лучше и очень благодарна всем за любовь и терпение. Однако мое объявление не об этом, а о том, что никогда не поздно воплотить мечту в жизнь. А если мечта оказалась неправильной, никогда не поздно завести новую. Недавно я приняла важное решение. Сперва мне хотелось сохранить его в тайне, но потом я подумала: если напишу о нем на фейсбуке и вы поставите много лайков, мне по-любому придется воплотить его в жизнь. Итак: я поступаю на МЕДИЦИНСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ».
Феликс взглянул на аватарку, где Элис улыбается на фоне гуактопуса. Она исполнила свою мечту. Она счастлива. Под аватаркой была кнопка «Написать сообщение». Феликс кликнул на нее.
– Мне немного неловко писать тебе, – начал он, – ведь мы не знакомы, хотя у меня такое ощущение, будто я давно тебя знаю. Постоянно захожу на твою страничку. Ты красивая, только я захожу не поэтому. Честно говоря, понятия не имею почему. Нормально ли восхищаться человеком за то, что он пишет в интернете? Может, и нет, но такова реальность. В общем, мне кажется, тебе следует знать, что есть незнакомый человек, который считает тебя потрясающей; если бы про меня кто-то так думал, я предпочел бы об этом знать. (Вообще-то, я не совсем незнакомый; несколько лет назад мы с твоим братом Биллом вместе заседали на суде присяжных.) Мне очень понравилось, как ты написала про новую мечту. У меня сейчас трудный период, чувствую себя беспомощным. Здорово, если бы мы стали друзьями. Надеюсь, ты прекрасно проводишь лето, и учеба на медицинском идет хорошо. Я был бы счастлив с тобой встретиться, хотя бы ради того, чтобы услышать твой голос. С наилучшими пожеланиями, Феликс».
Феликс колебался, стоит ли отправлять сообщение, но тут раздался тревожный звонок. Его смена еще не началась, поэтому он не обязан был реагировать, однако из коридора послышался вопль, издаваемый во всю мощь восьмидесятисемилетних легких:
– Феликс!
Феликс понял: это сердечный приступ. Все признаки налицо – повышенное давление, тянущая боль в брюшине, усталость, угнетенное состояние. Отец никогда не отличался веселым нравом, но в последнее время выглядел более мрачным, чем обычно. Как и множество раз до этого, Феликс старался принять новую реальность, только сейчас, сидя рядом с отцом в машине «Скорой помощи», мчащейся по Бродвею в Пресвитерианскую больницу, он заглянул в лицо еще одной новой реальности – жизни без Дуэйна – и взмолился, как никогда не молился раньше, чтобы медики лучше знали свое дело, чем он.
Разумеется, отца откачали. Его оставили в больнице на двое суток, и Феликс с радостью ухватился за возможность заняться делами: поискать адвоката, разузнать про ветеранские льготы и почитать о том, как переоборудовать квартиру под нужды колясочника. Однако выяснилось, что ноутбук остался на работе.
– Привет, ты сегодня работаешь? – написал Феликс Розе.
– Да, – ответила она. – Твой ноутбук у меня.
Он вернулся в «Робинсон Гарденс» и нашел Розу в комнате для персонала.
– Ноутбук был открыт. Я закрыла его и убрала подальше.
– Спасибо. Ты ведь не смотрела на экран?
– Шутишь? Нет, конечно. – Она залезла в свой рюкзак и достала ноутбук.
Феликс протянул руку,