Книги онлайн и без регистрации » Романы » Гарем Ивана Грозного - Елена Арсеньева

Гарем Ивана Грозного - Елена Арсеньева

Шрифт:

-
+

Интервал:

-
+

Закладка:

Сделать
1 ... 3 4 5 6 7 8 9 10 11 ... 172
Перейти на страницу:

– Хороша девка! За себя бы взял с удовольствием, не годисьона мне в дочери, да и грех это, при живой-то жене! Так я и скажу царю, ну ачто добавят прочие – им самим решать.

Глинский одобрительно кивал. Анна Михайловна и бровью неповела, и словца не обронила. Чернокудрый улыбнулся, но взгляд его вороватошмыгнул за спину Анастасии, где затаилась Магдалена. Монашек еще раз ожегАнастасию глазами и, не прощаясь, двинулся к выходу.

Гости вставали, крестились, кланялись, Курлятев-Оболенскийтроекратно лобызался с Юлианией Федоровной, потом с Данилой, благословилпритихшего Никитку, явно намереваясь дойти и до Анастасии. Однако она вдругощутила, что ни мгновения не может остаться более в этой комнате, где всехдавил высказанный вопрос и не полученный ответ. Шмыгнула за дверь – и уловилалегкий смешок, который издал монах. Но Анастасии было уже не до насмешек – совсех ног бежала вверх по лестнице, в светелку.

Затворилась, пала под образа:

– Матушка Пресвятая Богородица! Да что же это… что это было?Что будет?!

И немалое прошло время, прежде чем она сообразила, что всветелке одна: Магдалена не пришла.

В это самое время гости Захарьиных рассаживались по возкам.

Алексею Адашеву и монаху подвели коней. Черноризец, подобравполы, взлетел в седло с лихостью, отнюдь не свойственной его чину, однакоАдашев медлил, косился на приоткрытые захарьинские ворота, на высокое крыльцо,где еще толпились почтительные хозяева. В стороне зябла, обхватив себя заплечи, тоненькая девичья фигурка…

– Дальше к кому? – спросил Юрий Васильевич Глинский,подсаживая матушку в возок.

Ответила, впрочем, не она – ответил монах:

– Возвращаемся. Хватит с меня!

Курлятев-Оболенский воззрился изумленно. Анна Михайловнавысунулась из возка:

– Как так? Иванушка, дитя мое, что ты говоришь?

– Что слышали, – невозмутимо отозвался «монах», стряхивая слица капюшон и нахлобучивая шапку, поданную стремянным. – Видали мы многих, ноувидели ль лучшую, чем Захарьина дочь?

Дмитрий Иванович одобрительно крякнул, прихлопнул ладонями:

– Правда твоя, государь! Правда истинная!

– Помилосердствуй, друг мой, – усмехнулся Глинский. – Асмотрины? Что же, отменять их? Полцарства твоего переполошилось, девкипоумирают со стыда, если от ворот поворот дашь, даже не глянувши!

– Сын дело говорит! – воскликнула своим пронзительнымголосом Анна Михайловна. – Как можно нарушать старые обычаи? Негоже, негоже!Девицы приехали со всей родней…

– Как приехали, так и уедут, – перебил «монах». – Пустое всеэто, нечего время зря терять. Невесту я себе выбрал, и все вы ее только чтовидели. И это мое вам последнее царское слово!

Анна Михайловна фыркнула, но, хоть и не сказала ничего, еевнук отлично умел понимать невысказанное. Свесился с седла, сверкнул глазами:

– Шестнадцатого января венчаюсь на царство, третьего февраля– венчаюсь с Анастасией! Все меня слышали? А коли так – к чему воздухисотрясать словесами?

Огрел коня по крупу:

– Пошел, ретивый!

Конь с места взял рысью. Следом загромыхал возок.

Адашев отстал.

* * *

Морозная, ясная ночь стояла над Новгородом. Вызвездилонеобыкновенно, и чудилось, что землю накрыл щедро расшитый мелким жемчугомкупол. Дальние леса окружали землю глухой черной каймою, а небо над нею отизобилия звезд казалось светлым.

Монастырь спал – ночь давно перевалила за середину. Вдеревне тоже было тихо, ни одна собака не взбрехнет. Чудилось, во всем этомтемном, заснеженном, звездном мире не спал только один человек в длинноймонашеской одежде, который стоял на дороге под монастырской стеной и, закинувголову, смотрел в небеса, изредка отогревая замерзшие руки своим дыханием. «Мывидим несчетное множество звезд, но что-то настойчиво подсказывает нам, чтонезримым остается множество еще более неисчислимое», – подумал он, ощущая тустранную, сосущую тоску, которая охватывает каждого человека вот такойошеломляюще-светлой ночью. Несмотря на то, что в разгаре была зима, звездыиногда падали, и каждый раз человек изумленно крестился, ловя взором ихсверкающий, алмазный путь по небосклону.

Внезапно до его слуха долетел отчаянный собачий лай, потомстукот копыт по наезженной дороге – и вся красота звездного неба мгновенноперестала для него существовать. Он вперился взглядом в темноту и нетерпеливостиснул руки, однако тут же опустил их, приняв вид спокойный и дажеравнодушный, и, когда всадник вылетел из-за поворота дороги, конь его испуганнозаржал и взвился на дыбы, едва не налетев на высокую неподвижную фигуру,одиноко черневшую посреди белоснежного поля. Всадник с трудом заворотил мордухрапящего коня, пал в снег и простерся ниц перед монахом.

Тот усмехнулся:

– Встань! Что ты передо мной, словно католик или униатпоганый, простираешься? Еще и руку к губам прими!

Всадник привскочил на одно колено и, правильно поняв намек,припал к худым пальцам монаха.

– Отче… – выдохнул запаленно, так же часто вздымая спину,как его конь вздымал крутые бока. – Здоров ли?

– Здоров, не тревожься, – благосклонно кивнул монах. – Тыли, Игнатий? Не разгляжу.

Всадник поднял молодое, курносое, донельзя измученное лицо:

– Он самый, отче. Вешняков.

– Рад тебя видеть. Но что митрополит? Что любимый сын мойАлексей? Что княгиня Ефросинья? Что… государь?

Промедление перед последним словом было едва заметно, как,впрочем, и усмешка, прозвеневшая в голосе монаха. Вешняков, однако, заметил ееи блеснул глазами:

– Меня прислали сказать, что дело слажено. Государь… – Онточно так же замедлился, так же тонко усмехнулся, произнеся это слово, какмонах минуту назад, и тот не мог не оценить послушания – благосклонно положилруку на плечо коленопреклоненного. Игнатий, извернувшись, опять мазнул по нейгубами и продолжил: – Государь свой выбор сделал. Венчается с дочерью покойногоЗахарьина-Кошкина Романа Юрьевича. Жена его из Тучковых, сами Захарьины ведутсяот Андрея Кобылы.

1 ... 3 4 5 6 7 8 9 10 11 ... 172
Перейти на страницу:

Комментарии
Минимальная длина комментария - 20 знаков. В коментария нецензурная лексика и оскорбления ЗАПРЕЩЕНЫ! Уважайте себя и других!
Комментариев еще нет. Хотите быть первым?